На этом вебсайте собираются файлы cookies – они нужны, чтобы сайт работал лучше. Идентифицировать пользователя по ним нельзя. Продолжая использовать сайт, вы даете согласие на обработку cookies.

Просто спросить о раке / vesti.ru

4 февраля во всем мире отмечается День борьбы против рака. Это означает, что появляется возможность привлечь внимание общества к вопросам онкологии и обсудить с экспертами задачи и проблемы онкологической помощи в России.

Что и произошло в Центре развития благотворительности "Благосфера", где состоялся круглый стол под названием "Чего мы не знаем про рак", который провели Русфонд и благотворительная организация Cancer Fund. Здесь обсуждались вопросы ранней диагностики рака, профессионального обучения и компетентности специалистов, онкологической статистики и коммуникации врачей и пациентов.

За два часа ведущие онкологи страны многое успели и не успели. С одной стороны, по каждому из заявленных вопросов было сделано немало резких и откровенных заявлений. С другой — по мнению самих участников заседания — каждая тема требует отдельного долгого и, возможно, не единственного разговора. Это если мы хотим, чтобы ситуация начала меняться.

А то, что без реформ в онкологии не обойтись, согласны были все присутствующие в зале. Причем, в идеале, менять надо сразу все — от образования будущих онкологов до методов исследований и отношений с пациентами. Для начала было бы неплохо, чтобы россияне (и медики в том числе) запомнили сами и рассказали другим, что рак лечится. Особенно при ранней диагностике. На первый взгляд, схема отличная: проинформировали, отправили на обследования, выявили. Начали лечить.

И тут выясняется, что информировать некому. По словам онколога, исполнительного директора Фонда профилактики рака Ильи Фоминцева, "качественных СМИ, которые бы занимались просвещением очень мало".

"Медицинских журналистов очень мало, — констатировал Фоминцев. — Профессионалов, способных работать экспертами, всего ничего. При том что материалы о медицине и здравоохранении всегда находятся в топе самых читаемых. Если журналист не разбирается в медицине, он никак не сможет проверить, что ему говорит в интервью ньюсмейкер, особенно, если перед ним доктор наук с регалиями, которые не означают компетенции".

Трудно с ним не согласиться.

Разговор о "выявили — начали лечить" продолжил хирург-онколог, председатель совета благотворительной организации Cancer Fund, заместитель директора по онкологии Клиники высоких медицинских технологий имени Н.И. Пирогова СПбГУ Андрей Павленко:

"При внедрении ранней диагностики мы столкнемся с тем, что отсутствует профессиональная команда, способная взаимодействовать. Основной эффект от скринига — экономический: через некоторое время мы при помощи ранней диагностики должны сэкономить на лечении рака за счет увеличения в структуре заболеваемости ранних форм. Берем любой регион, пытаемся внедрить там скрининг. Самое простое — составить программу, раздать тест, объяснить, на какую целевую аудиторию он рассчитан. Представим себе, что 100% пациентов все сделают правильно, у части больных он окажется позитивным. Мы получим колоссальное количество людей, которым необходим следующий шаг. И столкнемся с тем, что нет специалистов на дальнейшие обследования, нет оборудования, на котором их можно делать, что местные врачи не готовы к этой программе".

Кстати, о названии. Эксперты уточнили: не только пишущие об онкологии журналисты знают мало, недостаточно или ничего не знают. Этим грешат и сами медики. Оказывается, даже поступив в профильное учебное наведение, получить достойное образование (речь не о получении диплома, а о знаниях) не так уж и просто.

Председатель совета благотворительной организации Cancer Fund Андрей Павленко уверен, что начинать разговор об образовании надо с вузовского, потому что "на этом этапе выделяется недостаточно часов на онкологию".

"За последние 7-10 лет онкологическая наука сильно изменилась. Мы обогатились знаниями, которые в разы превышают общий объем всех знаний, полученных до этого. И если ими не обладать, бессмысленно идти в онкологию. Сложно назвать специалиста в медицине, который должен обладать более широким кругозором, чем онколог", — считает Андрей Павленко.

По рассказам специалистов выходит, что мы не знали (но подозревали), что в вузах не хватает и профессоров, достаточно компетентных в своей сфере. Оказывается, будущий онколог должен заниматься самообразованием. Причем на английском языке, поскольку в России не ведется никаких исследований, и предложенная студентам научная база на русском — это, по большей части, сделанные на скорую руку переводы. Между тем, по словам Павленко, который сам постоянно занимается подготовкой онкохирургов, "в институте не требуют иностранного языка, в результате меньше 10% студентов знают английский".

От рассказа врачей об ординатуре стало совсем грустно: выходило, что вся система медицинского образования не готова выпускать специалистов. Чего мы не знали и, честно говоря, надеялись, что это не так, но будущие онкологи, находясь в ординатуре, используются как чернорабочие. Ни на одну манипуляцию, кроме мышечной инъекции, ординаторы не имеют права. Они не имею юридического статуса в клинике, они там не трудоустроены. Ни обучить чему-либо человека, который не обладает юридическими правами, ни поставить ему руки как хирургу — невозможно.

Онколог, гематолог, основатель Клиники амбулаторной онкологии и гематологии Михаил Ласков считает, что у россиян, мечтающих стать образованными онкологами, ситуация бесперспективная: "Мотиваций немного: прославиться, помогать людям, зарабатывать деньги. Ничего из этого онкологам не светит, что становится понятно через полгода ординатуры. Я не верю в нормальное образование без мотивации. Если студентам негде реализовывать свои знания, они понимают, что учиться бессмысленно".


Читать продолжение на vesti.ru

Последнее актуальное

Клиника доктора Ласкова взыскала долг за оказанную по ОМС медпомощь/vademec.ru Москва недополучила критически важные лекарства/rbc.ru Хотите по-настоящему понимать, как врач будет вас лечить? Тогда почему вы подписываете форму информированного согласия, не читая?/meduza.io Онкологию накрыло новым порядком/kommersant.ru Крепостные пациенты. Рынок онкологических услуг заболел маршрутизацией/newprospect.ru У меня рак, значит нельзя делать прививку от ковида? Отвечают онкологи/pravmir.ru В России меняют правила помощи онкобольным. Почему часть врачей против нового порядка?/bbc.com Медицина — новый «опиум для народа»?/rosbalt.ru Их просто выписывают на улицу, зашив сикось-накось/lenta.ru Школа Андрея Павленко готовится ко второму набору. Это системный проект — каждый резидент сможет помочь тысячам пациентов/meduza.io Усталость у онкологических пациентов. Часть 2. Что с ней делать Усталость у онкологических пациентов. Часть 1. Шесть причин Когда помощь психотерапевта нужна онкопациентам и их близким? Как не запустить онкологические заболевания в пандемию COVID-19 Как ухаживать за близкими дома «2020 год превзошел все по вредительству в онкологии». Михаил Ласков — о том, как лечить рак в пандемию/pravmir.ru Онкологи и кардиологи советуют, что делать их пациентам во время пандемии/miloserdie.ru Как людям с онкологическим диагнозом обезопасить себя от гриппа

Справка

Мы считаем, что общаться с пациентами так же важно, как поставить диагноз или сделать «карту» лечения. Если у вас есть вопросы, оставьте свой номер телефона, и мы свяжемся с вами в течение часа.

Контакты

АДРЕС

1. Москва, улица Молодогвардейская, д. 2, к. 1 
5 - 10 минут пешком от станции
метро «Кунцевская»


Важно! С 1 апреля 2021 года все врачи временно принимают только в клинике на ст.м. "Кунцевская". Клиника на ст.м. "Нагорная" не работает.

РЕЖИМ РАБОТЫ

Понедельник-пятница
с 8 до 20
Суббота
c 9 до 19 (администратор)
Воскресенье
c 9 до 17 (администратор)



+7 499 112-24-87
info@hemonc.ru

Связаться с нами

Мы считаем, что общаться с пациентами так же важно, как поставить диагноз или сделать «карту» лечения. Поэтому, если у вас остались вопросы или вы хотите записаться на прием к специалисту, оставьте свой номер телефона, и мы свяжемся с вами в течение часа.